Архів: 18.09.2003 – 25.09.2003
Ленин: философия революционной модернизации (02.11.2011)
Напередодні 94-ї річниці Великої Жовтневої соціалістичної революції пропонуємо нашим читачам ознайомитися зі статтею Іллі КОНСТАНТІНОВА відомого російського державного, політичного і громадського діяча, заступника генерального директора Інституту розвитку громадянського суспільства і місцевого самоврядування, члена Вищої ради політичної партії "Справедлива Росія" (www.socialistinfo.ru).
На жаль, змушені подавати її у скороченому вигляді.
Трудно найти историческую личность, жизнь и деятельность которой были бы описаны подробнее, и нет, пожалуй, фигуры, привлекающей к себе такое пристальное внимание, вызывающей такое преклонение и такую ненависть.
Трудно назвать другого государственного деятеля, который и через многие десятилетия после смерти, крушения созданного им государства, низвержения его идеологии оставался бы в центре политической борьбы.
Я не собираюсь заниматься "ленинианой", копаться в его биографии, раскладывать по историческим полочкам каждое его политическое решение. Задача куда скромнее - ответить на вопрос: есть ли будущее у ленинизма?
Речь идет, прежде всего, о созданной Лениным политической философии революционного действия, потому что проводимая им практическая политика, была хоть и очень гибкой, но абсолютно целенаправленной.
Ленин служил идее коммунизма! И каждый свой шаг в политике он сверял с этим компасом. А, поскольку коммунизм представлялся ему все-таки довольно отдаленным будущим, Владимир Ильич был вынужден создать целое учение о борьбе за это "светлое будущее всего человечества".
Понятно, что он работал не "с чистого листа": разработанная Марксом и Энгельсом теория "научного социализма" к тому времени стала уже общераспространенной и даже модной. Но одно дело общие рассуждения и совсем другое - выработка стратегии и тактики социалистической революции в конкретно-исторических условиях царской России. Ленин с этой задачей блестяще справился.
Мне не раз приходилось сталкиваться с мнением, что в октябре 1917 года большевики подхватили "валявшуюся власть", что они действовали "от ситуации", не ведая, в сущности, что творят. Даже беглое прочтение основных ленинских работ камня на камне не оставляет от таких утверждений. Ленин шел к Октябрю всю жизнь, действовал сознательно, целенаправленно и планомерно.
Сегодня, почти сто лет спустя, очевидно, что Ленин во многом ошибался. Мировая социалистическая революция захлебнулась. Да, попытки ее совершить были, в Венгрии, в Германии, но малоубедительные и разрозненные. Выяснилось, что капитализм еще далеко не исчерпал своих внутренних ресурсов. России пришлось строить новое общество в одиночку.
Это строительство первоначально осуществлялось по лекалам классического марксизма. В статье, посвященной четвёртой годовщине Октябрьской революции, Ленин признается: "Мы рассчитывали - или, может быть, вернее будет сказать: мы предполагали без достаточного расчета - непосредственными велениями пролетарского государства наладить государственное производство и государственное распределение продуктов по-коммунистически в мелкобуржуазной стране. Жизнь показала нашу ошибку".
Ленин констатирует, что попытка перескочить из полуфеодальной экономики в коммунистическую закончилась неудачей. Потребовались переходные этапы, например, госкапитализм. Это что касается хозяйственной деятельности.
А в политической области? Первой задачей социалистической революции (по марксистскому канону) является установление диктатуры пролетариата, превращение его в господствующий класс. Этот вопрос подробно разбирается в ленинской работе "Государство и революция". Ленин пишет: "Пролетариату необходима государственная власть, централизованная организация силы, организация насилия и для подавления эксплуататоров и для руководства громадной массой населения...".
Как это может выглядеть на практике? Ленин, ссылаясь на классиков марксизма и опыт Парижской коммуны, объясняет "на пальцах": "Итак, разбитую государственную машину Коммуна заменила как-будто бы "только" более полной демократией: полная выборность и сменяемость всех должностных лиц, зарплата чиновников на уровне зарплаты рабочего и так далее. Диктатура пролетариата, таким образом, есть "демократия, проведенная с такой наибольшей полнотой и последовательностью, с какой это вообще мыслимо" - запомним это определение. Диктатура пролетариата - это демократия для пролетариата, пусть не для всех граждан, а лишь для трудящихся, но полная и последовательная!
Была ли такая политическая модель осуществлена в Советской России? Послушаем Ленина. Вот что он писал в 1923 году в работе "Как нам реорганизовать Рабкрин": "Наш госаппарат... в наибольшей степени представляет из себя пережиток старого, в наименьшей степени подвергнутого сколько-нибудь серьезным изменениям". И далее о том, что советский госаппарат остался в "до неприличия дореволюционном виде".
Какая уж там "демократия, проведенная с наибольшей последовательностью"!? Невиданное засилье бюрократии, причем постоянно усиливавшееся по мере развития советской системы, растущее отчуждение государства от общества.
Какая же сила захватила и удерживала власть? Та самая "партия нового типа", за которую ратовал Владимир Ильич - "организация профессиональных революционеров". Но, став правящей, эта партия начала быстро перерождаться, превращаясь в организацию профессиональных бюрократов.
Ленин видел это и в конце жизни предпринимал отчаянные попытки остановить процесс (почитайте его последние работы). Но антидемократические принципы организации, которые были изначально заложены в основание партии, сделали ее бюрократическое перерождение необратимым.
Через несколько лет Сталин расставил все точки над "i", физически ликвидировав старую ленинскую гвардию и удушив слабые ростки "внутрипартийной демократии". На несколько десятилетий в стране установился тоталитарный режим.
Социализм в России не состоялся, по крайней мере в том виде, о котором мечтали основоположники марксизма, да и сам Владимир Ильич Ленин.
Из сказанного вовсе не следует, что Октябрьская революция была "ошибкой истории", тупиковым экспериментом или проявлением общественного регресса. Она избавила Россию от большей части феодально-крепостнических пережитков, обеспечив условия для стремительного социально-экономического развития. Ленин утверждал со знанием дела: "Непосредственной и ближайшей задачей революции в России была задача буржуазно-демократическая: свергнуть остатки средневековья, снести их до конца, очистить Россию от этого варварства... Возьмите любую из этих авгиевых конюшен: вы увидите, что мы их вычистили до конца" ("К четырехлетней годовщине Октябрьской революции").
Ильич покривил душой только в одном: задачи буржуазной революции были выполнены, демократической - нет. Жизнь оказалась много богаче теории. Выяснилось, что задачи антифеодальной революции не тождественны задачам демократической революции. Выяснилось, что историческое развитие многовариантно и капитализм может принимать самые причудливые формы, мимикрируя под господствующую в данном обществе идеологию (госкапитализм, советский социализм, нацизм, маоизм и т.д.). И что индустриализация может осуществляться без буржуазии и вопреки ей.
История ХХ века и политические реалии последних лет свидетельствуют о том, что для многих стран с преобладанием традиционного общества классический путь капиталистического развития не приемлем в принципе. Слишком сильные противоречия он вызывает. Модернизация таких обществ немыслима без государственного капитализма или некоего "социализма" (арабского, латиноамериканского, африканского) - того же госкапитализма, но упакованного в привлекательную для масс идеологию социального равенства.
Ленинизм, как философия революционной модернизации общества, остается востребованной идеологией. Тот факт, что в современной России не стихает острейшая дискуссия вокруг личности и идейного наследия Ленина, доказывает, что задачи модернизации общества в нашей стране до конца не решены. Более того, чудовищная неолиберальная политика постсоветского периода привела к явной деградации социально-экономической системы и архаизации общественных отношений.
В сегодняшней России налицо рецидив феодализации общества. (І в Україні також, - ред.)
Налицо возврат элементов того самого "варварства", от которого Ленин пытался очистить Россию. А как иначе можно назвать возрождение местничества, появление новой "служилой аристократии", неравенство граждан перед законом, "басманное правосудие", произвол силовиков и всепобеждающую коррупцию - читайте Салтыкова-Щедрина - это родимые пятна крепостнического прошлого.
Если нынешняя российская власть не найдет в себе сил для самоочищения, а общество не пробудится от спячки, в России вновь появится "партия нового типа" и ленинизм станет ее оружием. И снова "мы пойдем другим путем", в сторону от демократии, а значит, в сторону от подлинного социализма.
Фигура Ленина - одна из самых трагических в мировой истории. Истинный революционер, враг всякой несвободы и деспотизма, философ и мечтатель, политик и боец... Судя по всему, в конце своего жизненного пути он чувствовал, в какую ловушку попала Россия, народ и созданная им партия, отчасти по его вине. Но изменить уже ничего не мог.
Ленин понимал, что нельзя построить настоящий социализм, "царство свободы" авторитарными методами, что социализм есть не что иное, как "демократия, проведенная с такой наибольшей полнотой и последовательностью, с какой это вообще мыслимо".
Таков главный урок, который должны извлечь современные российские социалисты из трагической истории жизни и борьбы великого русского революционера.
Архив за 18.09.2003 – 25.09.2003
Версія для друку
